Украина пытается добиться размещения военных баз Североатлантического альянса на своей территории. Хотя её порты уже давно превращены в пункты базирования созданной в Чёрном море оперативной НАТОвской корабельной группировки. В качестве скрытых баз используются и военные полигоны в Украине. Но большую обеспокоенность должны вызывать американские биологические лаборатории в этой стране.

Намедни на сайте «Клинические исследования на Украине» (crupp.org) было опубликовано приглашение украинцам поучаствовать в испытаниях новых вакцин от коронавирусной инфекции. Они имеют сложную буквенно-цифровую аббревиатуру – GT0918-US-3001; VAT00008 и т.д. Всего же на этом сайте размещены приглашения на тестирование на себе по 85 различным заболеваниям. Прививки можно сделать в шести клинических центрах в Киеве, в трёх в Кропивницком, в двух харьковских и одном в Днепре. Несколько странновато, что в Кропивницком с населением примерно в 200 тысяч жителей клинических исследовательских центров столько же, сколько в двух вкупе городах-миллионниках – Харькове и Днепре.

В Интернете уже появлялись данные о том, что иностранные биолаборатории размещаются в близлежащей от Кировоградской Одесской области. Причём первые сообщения о таинственных лабораториях, как их тогда прозвали журналисты, появились ещё в 2010 году. Тогда на открытии одной из них присутствовал посол Соединённых Штатов Америки на Украине Джон Теффт. Открыта она была на базе Украинского  научно-исследовательского противочумного института имени Мечникова. Как заявляло американское посольство Центральная референс-лаборатория Украины по диагностике особо опасных биологических  патологических агентов (так она официально зовётся) создана  в рамках программы по борьбе с биологическим  терроризмом. Потом подобные центры начнут создавать и в других украинских городах, в частности, в Киеве, Херсоне, Тернополе, Львове Днепре. Виннице, Ужгороде, Харькове. Согласно официальным данным, в регистрационной карточке проекта, завизированнойэкономики  в феврале 2017 года первым замминистром Максимом Нефёдовым уже значатся  13 объектов этой программы: НИИ лабораторной диагностики и ветеринарно–санитарной экспертизы, НИИ биотехнологии и штаммов микроорганизмов, Институт экспериментальной и клинической ветеринарной медицины, Украинский центр по контролю и мониторингу министерства охраны здоровья, а также 5 лабораторий в Киеве и Киевской области,  2 лаборатории во Львове и по одной лаборатории в Днепре  и Одессе. Судя по всему, это не все.

В июле прошлого года депутаты Верховной Рады от партии «Оппозиционная платформа – За Украину» направили запрос в СБУ о возбуждении в связи с деятельностью лабораторий дел по статьям Уголовного кодекса Украины «шпионаж» и «диверсия». Депутат Ренат Кузьмин в соцсетях подчеркнул, что эти медицинские центры виновны в  действиях, «повлекших человеческие жертвы вследствие заражения украинцев экзотическими для нашего региона болезнями». Он назвал и виновных с американской стороны – экс-сенатор США Ричард Лугар, бывший президент Барак Обама, а также высшие должностные лица Украины, в том числе бывшая и. о. главы Минздрава Ульяна Супрун. Последняя по мнению парламентариев от «Оппозиционной платформы – За Украину». Вместо СБУ ответил Минздрав Украины, заявив, что амерниканские лаборатории работают на Украине над «мирными проектами», а не над созданием бактериологического оружия. Кстати. Ренат Кузьмин тогда обвинил бывшего главу Минздрава Ульяну Супрун в том, что она, тесно связанная с транснациональными фармакологическими компаниями, поставила проведение клинических препаратов на Украине на поток. «А почему они могут здесь проводить? Ну, во-первых, по причине того, что изучается местный геополитический ракурс в отношении генотипа развития людей, а с другой стороны, потому что в США многие исследования запрещены, а с третьей стороны (что ещё вызывает у нас особую тревогу и заинтересованность в том, чтобы довести это до конца), в течение последних 20 лет США торпедируют и пытаются не проводить переговоры по международной конвенции по запрету бактериологических, биологических исследований и уничтожению средств, которые используются в том числе и в качестве биологического и бактериологического оружия», – сказал летом прошлого года лидер «Оппозиционной платформы – За Украину» Виктор Медведчук. По его словам, партия направила 15 запросов в органы власти, но ответа на них не получила. Хотя один ответ всё же был.

В  том же 2020 году появилось официальное сообщение украинского Минздрва на информационный запрос издания «Українськы новини», в котором, в частности говорилось, что Пентагон в рамках «Программы вовлечения в специальную биологическую деятельность» предоставлял Киеву техническую помощь лабораториям, которые ранее построены и модернизированы при содействии американского Агентства уменьшения угрозы (до 1998 года — Агентство специального оружия обороны). Даже Министерство здравоохранения Украины не стало скрывать военную направленность созданных при американской помощи биолабораторий. Программа, действие которой длилось с 2005 по 2014 год, была возобновлена в 2016 году в рамках меморандума, подписанного между министерством по вопросам европейской интеграции Украины и американской компанией «Блек энд Витч Спейшл Проджектс Корп». В этом документе отдельно прописано, что украинская сторона обязуется беспрепятственно допускать на эти объекты специалистов вышеуказанной американской фирмы.

Уже летом этого года почти синхронно официальные лица России и Китая заговорили об использовании американцами биолабораторий в Узбекистане, Казахстане, Грузии, Азербайджане, Армении, Молдове и Украине для генерирования и распространения нетипичных для этих местностей инфекций. Позицию Москвы озвучил секретарь Совета национальной безопасности Николай Патрушев. Ранее бывший министр безопасности Грузии Игорь Гиоргадзе заявлял, что так называемый «центр Лугара» занимается разработкой бактериологического оружия. Бывший глава грузинской спецслужбы утверждал, что от неизвестных болезней в Грузии умерло более 70 че6ловек. Было это ещё до пандемии коронавируса. По Украине подобной статистике нет. Но всё тайное когда-нибудь становится явным.

Сергей Авдеенко