Особенностью современного углубления взаимозависимости между государствами, народами и отдельными людьми является именно вступление человечества в интеграционный этап своего развития. А это означает, что интеграция предполагает не просто усиление объединительных процессов в современном мире, а выбор пути развития, новую парадигму эволюции человечества в XXI веке. Объективный процесс интеграции основывается на новом прорыве в науке и технике, на беспрецедентном росте высоких технологий и новейших технических средств (компьютеризация, телекоммуникационные сети, спутниковая связь, скоростной транспорт, оптоволоконная техника, Интернет), которые произвели качественные изменения в средствах производства и личности работника, открыли возможность резкого нарастания масштабов производства материальных ценностей, широкий диапазон новых форм социального общения людей и культурного взаимообогащения народов в современном мире.

Особенно актуальна проблема интеграционного развития на постсоветском пространстве. Как эффективно осуществлять интеграционное строительство при соблюдении суверенитета и независимости каждого государства для решения субрегиональных, региональных и международных геополитических проблем, для формирования подлинно самостоятельной государственной политики во всех сферах: политической, экономической, экологической, демографической, информационной, военной.

Смысл интеграционной парадигмы развития заключается не только в экономическом объединении постсоветских стран, но прежде всего в гуманитарной, социальной интеграции, то есть в перенесении центра тяжести с собственно финансово-экономической и торговой на историко-ментальную и социально-культурную жизнедеятельность постсоветского сообщества.

 

Говоря об интеграции постсоветского пространства, много напирают на экономику и совсем недостаточно уделяют внимания философско-историческому, ментальному фактору интеграции. То есть вопрос можно сформулировать следующим образом: какая история может обеспечить успех постсоветской интеграции? Чтобы правильно ответить на этот вопрос, необходимо выяснить еще один вопрос: какие исторические взгляды лежали в основе разрушения СССР, а следовательно, и дезинтеграции постсоветского пространства?

Ни для кого не секрет, что в основе разрушения СССР и последующей дезинтеграции постсоветского пространства лежали антирусские исторические взгляды, русофобия. Под предлогом укрепления независимости и суверенитета общественному сознанию в постсоветских республиках навязывались всевозможные антирусские исторические концепции. Притом антирусизм выступил в двух формах: антисоветизме и собственно русофобии. В зависимости от аудитории и политической конъюнктуры дезинтеграторы использовали либо антисоветизм, либо антирусизм.

Так, в Беларуси вместо общерусской истории, в рамках которой сформировался белорусский народ и реализовалась белорусская государственность, в систему образования, науки и культуры, официальную историографию активно внедрялись теория балтского субстрата, история Великого Княжества Литовского, история польско-шляхетская, где доказывалось, что белорусы и русские якобы не имеют ничего общего между собой. Подобные антирусские мотивы уже в скрытой форме проявились в академическом издании «Очерки истории Беларуси» в двух частях, выпущенном Институтом истории НАН Беларуси в 1994-1995 годах. Эта антирусская позиция закреплена и в нынешнем пятитомном  издании Института истории Национальной академии наук Беларуси «История белорусской государственности», к настоящему времени вышли два тома [1].

На Украине наиболее оголтелые русофобы также выстраивали самые сумасбродные исторические концепции с единственной целью как можно сильнее развести русских и украинцев по разные стороны цивилизационного развития. Как отмечает доцент Киевской Духовной Академии Алексий Добош, «история Украины сегодня старательно переписывается прокатолическими «деятелями» [2, c. 169].  Разумеется, все эти антирусские потуги являлись самой заурядной фальсификацией реальной истории белорусского и украинского народов, насмешкой над исторической наукой.

Драматичность ситуации заключалась в том, что эти антирусские инсинуации доминировали и в самой России и самым нахальным образом навязывались самосознанию российского народа. Показателен в этом плане бывший директор Института российской истории Российской академии наук А.Н.Сахаров. Его  работы пронизаны презрением к русскому народу, якобы людям низшего сорта, «париям», «темной стихии, огромной серой массе, исповедовавшей простые и одномерные формы жизненного переустройства» [3, c. 309, 320].  Не случайно с подачи русофобов президент Ельцин обсуждал план раздела России на 7 государств. Надо отметить, что русофобствующие политиканы сами ничего не изобретали, они всего лишь копировали антирусские и антисоветские взгляды, которые были изложены в работах западных историков и политологов. В общем, русофобия захлестнула пространство бывшего СССР. Общерусская история стала изображаться в сугубо негативном свете как главное препятствие на пути движения постсоветского общества к демократии и прогрессу. Вот почему Президент России Владимир Путин поднял вопрос о необходимости создания правдивого и нравственного учебника о великой русской истории в неразрывной связи всех ее периодов: досоветского, советского и постсоветского. Как подчеркнул российский лидер перед участниками Валдайского клуба в 2013 году, «мы должны гордиться своей историей, и нам есть чем гордиться. Вся наша история без изъятий должна стать частью российской идентичности» [4, c. 6].

Печальный итог этой антирусской вакханалии сегодня признан всеми здравомыслящими и не потерявшими совести учеными и политиками. Притом для России, Беларуси и Украины это отрицание общерусской истории вообще оказалось катастрофическим. Особенно эта катастрофа отразилась на демографическом состоянии наших стран. По расчетам доктора медицинских наук Игоря Гундарова, , Россия за годы либеральной модернизации заплатила цену в 29 млн. жизней, из них от избыточной смертности – 11 млн., от падения рождаемости – еще 18 млн. А демографические потери Украины в результате так называемых либеральных реформ, по данным православного публициста В. Тимакова, достигли 10 млн. человек. В 1989 г. Украина  насчитывала почти 52 млн. населения, а в 2012 году – 45,5 млн. (вместо 55-56 млн.). И даже Белоруссия за период с 1989 по 2009 г. потеряла  700 тысяч человек [5, c. 116117].

Таким образом, разрушение СССР привело к тому, что в значительной степени была девальвирована наша общерусская история, деформировано знание того, что есть добро, а что зло. Наши братские народы пытались лишить общерусского самосознания, философско-исторического единства, низвести до уровня животного бытия и единственными целями их жизни сделать цели физиологических вожделений. И, естественно, в итоге – всплеск негативности, в том числе и физическое вымирание населения. Так наша общерусская история отомстила всем нам в виде калейдоскопа социально-экономических и духовно-нравственных катастроф за нашу глупость разрушения собственной страны, за то зло (отрицание общерусской истории), которое русофобы навязывали белорусам, русским, украинцам в качестве якобы необходимого условия приобщения к западному благоденствию. Поэтому оздоровление ситуации в наших странах – это не просто решение частносоциальных задач (медицинских, физкультурно-спортивных, социально-культурных), а философско-историческая проблема, проблема возрождения общерусского смысла жизни наших людей. Возвращая общерусскую историю во все сферы жизнедеятельности постсоветского общества, возрождая общерусский смысл его жизни, восстанавливая знание того, что есть добро, а что есть зло, мы тем самым освобождаемся от целого спектра катастрофических процессов и выходим на интеграционную траекторию движения.

С точки зрения философии истории, те постсоветские республики, где фактор общерусскости если и не выступает в качестве доминирующего, но в той или иной степени присутствует в деятельности социальных и государственных институтов, можно условно назвать своеобразными  союзными государствами. Союзными государствами не только применительно к такому интеграционному проекту, как Союзное государство Беларуси и России, но союзными государствами в том смысле, что принцип союзности является атрибутивным в системе государственной идеологии и политики данных стран. Очевидно, что такими постсоветскими странами в настоящее время являются лишь Россия и Беларусь. И не случайно российско-белорусская интеграция наиболее глубоко воплощает в себе ценности общерусской истории, а следовательно, представляет собой наиболее успешный объединительный проект на постсоветском пространстве.

Те постсоветские страны, где фактор общерусскости задавлен или вообще изгнан из сферы образования, культуры, науки, политики, условно можно назвать осколками бывшего СССР. Это объективно несостоявшиеся государства или государства абсолютно несамостоятельные, марионеточные именно по причине господства принципа антирусскости в их официальной идеологии. Наиболее показательны в этом плане прибалтийские республики, Грузия, Молдавия, Украина. Проблема в том, что господствующие элиты в этих странах вроде бы хотят написать свою национальную историю, а на самом деле они пишут антинациональную историю, что объективно ведет к разрушению их и так эфемерной государственности. Кроме того, эти политики объективно делают свои страны  источниками постоянной конфронтации на пространстве бывшего СССР, что лишает их перспектив нормального цивилизованного развития.

Особенно это рельефно проявляется в так называемой политике евроинтеграции этих стран. Что собой на деле представляет евроинтеграция? Евроинтеграция – это политика Европейского союза, основывающаяся на закреплении дезинтеграции постсоветского пространства. Политическая диалектика такова: евроинтеграция неотделима от дезинтеграции постсоветского пространства. И что же получается на практике? Ратуя за дезинтеграцию, а следовательно, за дестабилизацию своего политического и экономического пространства, в то же время евроинтеграторы в постсоветских республиках надеются на укрепление своей государственности и своей экономики в рамках Европейского союза. Разве это не наивно? Ведь евробюрократы рассматривают так называемые новые независимые государства не на основании их политических вывесок, а по их реальному политическому бытию, т.е. в качестве политических осколков бывшего СССР. А осколки по своему определению не могут быть самостоятельными государствами. Поэтому все евроинтеграторы на постсоветском пространстве объективно являются дезинтеграторами собственной государственности. И сколько бы они не пропагандировали свою евроинтеграцию, в их евроинтеграции нет ничего иного, кроме глупости и позора.

Важно отметить, что евроинтеграция для постсоветских республик в геополитическом аспекте основывается на идеологии однополярного мироустройства, что объективно низводит все постсоветские образования на уровень периферийных стран, лишенных подлинной независимости и фактически находящихся под внешним управлением западной бюрократии, олигархии и военщины.

В цивилизационном аспекте евроинтеграция выстраивается на идеологии русофобии и антисоветизма, что несовместимо с принципами прав человека,  равноправия языков и национальностей. Характерный пример – пещерный антисоветизм и русофобия в Латвии, Литве, Эстонии и на Украине.

В политическом аспекте евроинтеграция строится на господстве меньшинства граждан. Приватизация народного достояния, формирование новой элиты как некоего креативного сословия, которое якобы по своим не только умственным, но и физиологическим параметрам превосходит обыкновенных людей, восхваление конкуренции не только в экономике, но и в социальных и человеческих отношениях, апология неправедно приобретенного богатства – все это призвано доказать правомерность политического господства избранного меньшинства, олигархии. Фактически это отрицание демократии, хотя такое отрицание соответствует принципам западной демократии, которая является лицемерной и формальной. Объективно евроинтеграция на основе западной демократии ведет к установлению олигархических режимов, что и происходит в тех постсоветских республиках, которые избрали ее своей стратегией развития.

Отсюда должно быть понятно, что интеграция постсоветского пространства, в том числе и строительство Союзного государства, лишь тогда будет успешна, когда она будет осуществляться на основе принципа Русского мира. Русский мир – значит русский язык, русская история, русская культура, как условие реализации политического суверенитета и единства народа. Подчеркиваем: интеграция не только экономическая, но интеграция на основе общерусской истории, общерусской цивилизации. Что именно и доказывает Союзное государство Беларуси и России. Интеграция только экономическая недостаточна, в современных условиях такая интеграция уже не ведет к успеху.  Оказывается, что не экономика, а именно идея Русского мира является ключевой в строительстве Союзного государства.  Выходит, что именно Русский мир и является национальной идеей Беларуси и России, идеологией Союзного государства. Как ни парадоксально это звучит, но только экономическая интеграция может закончиться дезинтеграцией.

Но что такое Русский мир? Русский мир – это историческое, культурное и духовно-нравственное единство людей, народов, наций, которые признают Русскую цивилизацию своей цивилизацией, а русский язык своим родным языком, несмотря на их этническую, национальную и религиозную принадлежность.

В строительстве Союзного государства Беларуси и России  именно важна идея Русского мира, которая включает в себя следующие составляющие: геополитическую, цивилизационную, историческую, нравственную.

Геополитическая составляющая Русского мира означает, что строительство Союзного государства зиждится на основе принципа многополярного мироустройства, что отвечает не только интересам Беларуси и России, но и всего мирового сообщества. Согласно основному закону геополитики на подлинную независимость и реальный суверенитет могут претендовать только те государства, которые в рамках своего пространства решили вопрос о территориальной самодостаточности или геополитической самостоятельности. Очевидно, что,  только находясь на геополитической орбите Русского мира, Беларусь может обеспечить реальную независимость и реальный суверенитет. Всякий другой вариант стратегии движения Беларуси, который предполагает ее независимость от Русского мира, лишает ее реальных перспектив развития и будет вести к утрате белорусской государственности.

Цивилизационная составляющая Русского мира в строительстве Союзного государства может многое сделать в плане обретения исторической уверенности наших братских народов в своем будущем и внушить безысходность всем русофобам и антисоветчикам в их попытках противодействия интеграции между нашими странами. Именно в общерусском характере выражается национальное бытие русских, белорусов, украинцев, цивилизационное единство всех народов бывшего СССР.

Говоря об исторической составляющей  Русского мира как ключевой идее строительства Союзного государства, здесь важны не столько события, хронология, примеры, сколько общерусская ментальность, так сказать, общерусская национальность. Это то, что в советское  время  обозначалось понятием «советский народ». В советской историографии даже досоветская история всех народов СССР как раз излагалась в русле общерусской народной истории, где союз, дружба, сотрудничество русского народа с другими народами Российского государства являлись основой их исторического прогресса. И это было правильно. Вот почему все русофобы, дезинтеграторы в первую очередь стремятся изгнать советский период из нашей отечественной истории как наиболее близкий к сегодняшнему времени и тем самым наиболее опасный для их антисоветских, дезинтеграционных замыслов в отношении наших народов. Именно общерусская ментальность позволяет чувствовать и верить, что русофобы, дезинтеграторы не одолеют наши народы, не лишат их своей общерусской идентичности, своей исторической будущности. Это общерусское историческое сознание будет благотворно воздействовать на политическую, социально-психологическую атмосферу в России,  Беларуси, Украине и других постсоветских республиках. Оно вселит в наших граждан идею исторического оптимизма, что как бы сложно ни шло союзное строительство, какие бы препятствия на его пути ни возводились, союзное  дело будет продолжаться, а противники  Союзного государства  будут посрамлены и разбиты. Следовательно, в сознании наших народов будет укрепляться уверенность в себе, признание непобедимой силы Русского мира.

Но есть еще важная составляющая Русского мира в строительстве Союзного государства.  Это общерусское уважение к нравственным ценностям, которое не позволяет оскорблять другие народы, отрицает зло, насилие, чем так полна западная история (вспомним крестовые походы, рыцарские ордена, инквизицию, иезуитство, колониализм, современные интервенции против неугодных стран). Высокая нравственность Русского мира преодолеет аморальную и антиисторическую политику разрушителей СССР, направленную на разъединение наших братских народов, на увековечивание дезинтеграции постсоветского пространства под лицемерным предлогом защиты суверенитета «новых независимых государств».

Лев Криштапович, доктор философских наук

 

Литература

1.История белорусской государственности. В 5 т. Т. 1: Белорусская государственность: от истоков до конца XVIII в. / А.А. Коваленя [и др.]; отв. ред. тома: О.Н. Левко, В.Ф. Голубев; Нац. акад. наук Беларуси, Ин-т  истории. – Минск: Беларуская навука, 2018. История белорусской государственности. В 5 т. Т. 2. Белорусская государственность в период Российской империи (конец XVIII –начало XX в.) / Н.В. Смехович и [др.]; отв. Ред. тома: Н.В. Смехович, А.В. Унучек, Е.Н. Филатова; Нац. акад. наук, Ин-т истории. – Минск: Беларуская навука, 2019.

2.Добош, Алексий Уния в Украине: история и современность / Алексий Добош, протоиерей // Православие и современность: сб. док. – Минск, 2013.

3.Сахаров, А.Н. Россия: Народ Правители Цивилизация / А.Н. Сахаров; Ин-т истории РАН. – М.: Наука, 2004.

  1. «Россия – судьба»: выступление В.В. Путина на Валдайском форуме / В.В. Путин // Наш современник. – 2013. – № 10.

5.Криштапович, Лев. Наша русская вера / Лев Криштапович // Проблемы национальной стратегии. – 2014. – № 5.