Продолжение предыдущей статьи

Социал-демократы

Социал-демократическую партию Украины пытались создать еще до обретения независимости, но уже на учредительном съезде организаторы раскололись и создали две отдельные партии. А настоящую известность бренду «социал-демократы» предоставили люди, которые не имеют ничего общего ни с социализмом, ни с демократией. Социал-демократическая партия (объединенная) или СДПУ (о), которую возглавил олигарх Виктор Медведчук, стала голосом большого капитала и одной из партий власти во времена правления Леонида Кучмы. Свою первоначальную поддержку партия получила на эксплуатации популярности футбольной команды «Динамо» (Киев), президент которой Григорий Суркис также вошел в парламент по ее спискам, и мощному админресурсу в Закарпатье. Сейчас бренд СДПУ (о) больше не используют, а Виктор Медведчук считается главным посредником между Петром Порошенко и Владимиром Путиным и является едва ли не самой одиозной фигурой украинского политикума.

Еще одной ныне активной реинкарнацией социал-демократов является Социал-демократическая партия Сергея Каплина – действующего депутата от Блока Петра Порошенко и фигуры, близкой к олигарху Дмитрию Фирташу. Каплин был одним из тех, кто пытался возглавить СПУ, но проиграл борьбу Илье Киве. Сейчас партия активно сотрудничает с Федерацией профсоюзов Украины и даже организовала большой (и, очевидно, проплаченный) митинг на первое мая.

Прогрессивные социалисты

В случае ПСПУ – Партии прогрессивных социалистов Украины – в кавычки надо брать каждое слово. Партия откололась от социалистов в 1996 году из-за недостаточно радикальной позиции последних. Главной задачей ПСПУ и ее неизменного лидера Натальи Витренко была борьба с мировой закулисой, возглавляемой США и НАТО, которая вот-вот высадит «чернокожих наемников», а также с «Западом», который травит людей ГМО и вносит раздор среди братских славянских народов. Партию традиционно связывают с лоббированием интересов России на Украине.

Сейчас вместе с КПУ и рядом других небольших партий ПСПУ входит в блок «Левая оппозиция», созданный в 2015 году. Однако этот блок существует разве что на бумаге, и в публичной политике партия фактически отсутствует.

Националисты

Кто же получает выгоду от нереализованного запроса на социальную справедливость? Правильно, националисты. Еще после переименования правой партии с неблагозвучным названием «Социал-Национальная партия Украины» (СНПУ) на Всеукраинское объединение «Свобода» члены этой партии хорошо уловили, чего именно хочет электорат. Что на одних Шевченко и Бандере всеукраинскую партию не построить. И что кроме России, нужен и другой образ врага – олигарх, который коварно обокрал украинцев. Как правило, в фигуре олигарха подчеркивают его неукраинское происхождение и антиукраинскую деятельность. Иначе правые не были бы правыми. А там, где такого происхождения нет или оно неочевидно, пригодится бытовой антисемитизм. Так мы и узнаем, что Порошенко на самом деле Вальцман, а Тимошенко – Капительман.

Тем не менее, на «свободовских» митингах можно спокойно услышать о незаконной приватизации, требования национализировать украденные от людей предприятия, Украину «без холопа и пана» или даже о «социальной революции». Правда, социальная справедливость должна распространяться исключительно на украинцев. А право называться таковыми свободовцы готовы давать далеко не каждому.

И воплощать свои «антикапиталистические» идеи «Свобода» никогда не спешила. Более того, перед президентскими выборами 2010 года представители «Свободы» вдруг получили непомерно много времени в эфирах телеканалов, подконтрольных олигархам из Партии регионов. А потом в так называемой «амбарной книге Януковича» были обнаружены записи о деньгах, которые непосредственно получала «Свобода» от регионалов. Делалось это, чтобы удобно разыгрывать карту «фашистов, идущих к власти», которая хорошо работала в восточных регионах.

Новые левые

Здесь начинается часть, где кавычки можно убирать. В разные времена на Украине действовало немало антиавторитарных левых групп, инициатив или профсоюзов, которые осуждали авторитарные режимы и призывали к радикальной общественной трансформации, экономическому и политическому равенству. Они никогда не становились весомыми факторами в мейнстримной политике, однако были заметными в уличной политике и имели свои победы и достижения. Наиболее заметными были анархо-синдикалистский студенческий профсоюз «Прямое действие», который в свои лучшие времена реально влиял на политику высшего образования в стране, политические организации «Левая оппозиция», «Организация марксистов», «Автономный союз трудящихся», «Борьба», ряд левых феминистских инициатив и др.

Переломными для новых левых стали события на Майдане, а углубило их кризисное состояние война на Востоке. Многие приняли активное участие в протестах и силовом противостоянии с полицией. А некоторые после начала конфликта отправились на фронт в составе добровольческих батальонов. Сейчас можно говорить о существовании группы националистически настроенных левых, которые, хотя и не являются симпатиками ультраправых, тем не менее, регулярно критикуют других левых за недостаточную поддержку своего государства в войне, подыгрывание российскому империализму и необоснованную критику «милитаризма», который, как считают они, является необходимым условием победы над Россией. Как ни странно, такую позицию заняло достаточно большое количество анархистов (или бывших анархистов).

Другие остались в стороне и скорее критиковали Майдан как государственный переворот с националистическим привкусом. Наиболее одиозной стала позиция организации «Борьба», поддержавшей Антимайдан, как такой, что, по их мнению, имел «более выраженную классовую повестку дня». Сайт организации начал активную работу с западными левыми, популяризируя идею «фашистской хунты», пришедшей к власти в результате Майдана, а некоторые боротьбисты отправились на фронт на стороне самопровозглашенных республик.

Как выяснилось потом, на свою деятельность лидеры организации получали финансирование из России. В результате «Борьба» стала главным оружием ультраправых для дискредитации других левых. Правым пропагандистам достаточно вытащить из интернета фотографию, где кто-то стоит рядом с кем-то, кто знаком еще с кем-то, кто на другом фото идет на совместной акции с «Борьбой». И все – русский след доказано. И это несмотря на то, что сегодня активные члены «Борьбы» покинули Украину, а ее деятельность как политической группы на Украине фактически прекратилась.

В третьей группе преобладают марксисты. Они настаивают на выгодности затягивания войны для обеих сторон конфликта и поддерживают идею скорейшего установления мира путем переговоров. Наиболее активно к распространению этих идей приобщается издание «Спильне» и организация «Социальный рух». Стоит отметить, что здесь мнения левых также звучат в унисон с большей частью общества. Мира, согласно соцопросам, проведенным в январе 2019 года, хотят 67% респондентов. Но, как и в случае с экономическими реформами, реальная политика скорее идет вразрез с желаниями граждан. Главными ориентирами действующей власти и дальше остаются агрессивная, военная риторика и неолиберальные экономические реформы, проводимые под бдительным оком МВФ. Любое отклонение от курса приравнивается к измене.

В то же время тему мира уже активно раскручивают представители предыдущих элит, стремящихся вернуться во власть. Из тысяч рекламных бордов по всей стране бывшие регионалы, а ныне кандидаты от разных оппозиционных сил обещают стране мир, зарплаты и снижение тарифов на коммунальные услуги.

Запретный плод

Что же имеем? На Украине сложилась парадоксальная ситуация, когда наиболее популярные среди населения левые взгляды на войну и экономику является одновременно наиболее дискредитированными. Это наиболее желанный и наиболее запретный плод. Точнее, эта метаморфоза начинает работать тогда, когда кто-то назовет эти взгляды левыми вслух. А к тому времени ими свободно могут пользоваться популисты всех мастей – от ультраправых до капиталистов.

Николай Федотов