Предыдущая часть

Приспособленность сельских хозяйств – другой фактор, объясняющий отсутствие сельских протестов против захвата земель и крупного аграрного производства. Крестьяне способны приспосабливать собственное производство таким образом, чтобы оно не пересекалось с интересами крупного агробизнеса. После распада Советского Союза объемы крестьянского производства выросли более чем вдвое. До 1991 года крестьяне производили почти все, в чем нуждались, в частности пшеницу и другие злаки. Впоследствии из-за экспансии агробизнеса крестьянам пришлось изменить свою производственную стратегию. Агробизнес заинтересован в экспортном производстве монокультур (прежде всего пшеницы, ячменя и кукурузы) и избегает таких время- и трудозатратных продовольственных товаров, как картофель, овощи, фрукты, мясо и молочные продукты. Крестьяне заняли эту рыночную нишу и нарастили производство продукции. Сегодня крестьянские хозяйства покрывают собственные потребности в этих продуктах, а избыток продают на внутреннем рынке. Такая рыночная сегментация способствует шаткому сосуществованию крупного аграрного бизнеса и частного фермерства.

Но если интересы крестьян и агробизнеса сталкиваются, последний прибегает к хищной политике уничтожения конкурентов. Действующая государственная программа по поддержке индустриализации производства молока и мяса привлекла к этому сектору агробизнес за счет сокращения доли крестьянских хозяйств. Последние просто не в состоянии удовлетворить новые требования по содержанию и убою домашних животных, а ежегодные эпидемии свиного гриппа приводят к массовому забою свиней. Крестьяне видят в этом войну против них.

Кроме того, на Украине нет организованной системы крестьянских рынков продовольствия. Большую часть собранного картофеля, фруктов и овощей крестьяне продают на импровизированных рынках или на обочинах дорог. Молочные продукты и мясо требуют сертификации и должны продаваться только на официальных рынках, недоступных и слишком дорогих для крестьян – или выкупаются посредниками или заводами, которые их перерабатывают. Но закупочные цены настолько низкие, что нередко не покрывают даже производственных затрат. Из-за отсутствия дееспособных механизмов защиты мелких фермеров и существенно монополизированный и криминализированный посреднический бизнес (особенно по закупке молока) крестьяне не могут достичь более высокой цены. В 2012 году в нескольких регионах Украины большое количество крестьян вышло к зданиям местных администраций протестовать против низких закупочных цен на молоко. Впрочем, изменить положение вещей им не удалось. Некоторые демонстранты получали угрозы, некоторых проверяла милиция, а кто-то даже испытал судебные преследования. В итоге люди остались уверенными в существовании «молочной мафии» и сговора между государством и агробизнесом.

Несмотря на хищническое поведение крупного аграрного бизнеса и государственную политику по «модернизации» аграрного сектора на индустриальный лад, крестьянские хозяйства и дальше показывают удивительную способность выживать в трудные времена. И хотя экономический кризис 2007-2008 годов и гражданская война, которая длится с 2014 года, вызвали серьезные трудности для многих агробизнесменов, крестьянам удалось диверсифицировать свою деятельность и почти достичь продовольственной самодостаточности. Жизнеспособность крестьянского способа производства определяется использованием семейного труда и собственных ресурсов, неформальной сетью распространения продукции и традиционными формами обработки земли, которые не требуют значительных затрат или передового оборудования. Крестьяне применяют ручной труд и используют преимущественно органические удобрения. Кроме того, общественные связи и взаимная поддержка играют важную роль в распределении урожая и организации сбыта.

Теоретики и практики часто обращаются к экоэффективному мелкому производству продовольствия, которое существует за рубежом, как к альтернативе контроля корпораций над питанием. Однако в современном постсоветском селе подобный дискурс полностью отсутствует. Жители украинских сел считают свою фермерскую деятельность не альтернативой агропромышленности, а скорее дополнением к ней. Сельские общественные организации, которые могли бы защищать права людей, малые по численности и не имеют широкой поддержки среди местного населения.

Сегодня в академических и политических кругах идут дискуссии о том, останется ли постсоветская двойственная аграрная система стабильной или превратится в монополистическую аграрную модель. К моменту снятия моратория на продажу земли большой агробизнес так же будет пользоваться крестьянскими землями. Впрочем, в рамках программы интеграции с Европейским Союзом ожидается либерализация рынка земли. Во время этого процесса Европа и украинское правительство должны совместно встать на защиту мелких производителей и признать их важный вклад в рыночную доступность максимально широкого ассортимента продовольственных продуктов. Это защитило бы права как производителя, так и потребителя.

Сегодня в академических и политических кругах идут дискуссии о том, останется ли постсоветская двойственная аграрная система стабильной или превратится в монополистическую аграрную модель. К моменту снятия моратория на продажу земли большой агробизнес точно так же будет пользоваться крестьянскими землями. Впрочем, в рамках программы интеграции с Европейским Союзом ожидается либерализация рынка земли. Во время этого процесса Европа и украинское правительство должны совместно встать на защиту мелких производителей и признать их важный вклад в рыночную доступность максимально широкого ассортимента продовольственных продуктов. Это защитило бы права как производителя, так и потребителя.

Либерализация украинского рынка земли: угроза праву на питание

Вопрос о создании рынка земли снова оказался в центре обсуждения украинских политиков. Мораторий, который будет действовать до января 2019 года, запрещает продажу и покупку аграрных земель. Но нынешнее правительство готовится к открытию рынка земли при поддержке ЕС, как было указано в статье выше. Поскольку приватизация аграрной земли – непопулярная тема среди сельского населения Украины, процесс либерализации уже неоднократно откладывался.

Согласно опросу Центра Разумкова, в 2011 году идея частной собственности на землю не имела поддержки выразительного большинства граждан. 37,8% высказались в пользу частной собственности на землю, тогда как 34,4% были против, а 27,9% не смогли дать четкого ответа. Основными причинами несогласия стали представления, что «земля должна оставаться в государственной или муниципальной собственности» и «землю скупят олигархи и депутаты». Эти опасения разделяет и директор Государственной архитектурно-строительной инспекции Максим Мартынюк, который предусматривает в случае отмены моратория в начале 2019 года «катастрофические» общественные последствия и потерю фермерами средств к существованию. В результате мониторинга имплементации Добровольных руководящих принципов ответственного управления владением и пользованием земельными, рыбными и лесными ресурсами, разработанных ФАО, для предотвращения указанных негативных последствий было предложено «постепенное» снятия моратория. Введение компьютеризированной системы управления земельными ресурсами обеспечило бы прозрачность и снизило расходы на регистрацию земли. Однако из-за экономического кризиса и гражданской войны большинство украинцев все равно не смогут приобрести относительно дешевую землю.

Хотя господствующая элита стремится получить как можно большую выгоду от украинского чернозема, этот важный национальный ресурс еще не был официально разделен между олигархами и международными инвесторами. Когда-то уже проходили протесты против попыток президента Виктора Януковича и его «семьи» застолбить этот бизнес на будущее для себя. Сейчас пришла очередь нового президента, Петра Порошенко, набивать в аграрном секторе собственные карманы. Порошенко, известный также как «шоколадный король», до сих пор не продал свой бизнес, несмотря на обещания при вступлении в должность. В течение 2014 года площадь земельных угодий агрохолдинга Порошенко «Агропродинвест», который поставляет сахарную свеклу для кондитерской фабрики «Рошен», выросла втрое. Не случайно именно аграрный комитет является самым популярным комитетом в украинском парламенте, а новые олигархи чаще всего появляются в аграрном секторе.

В связи с «западным поворотом» правительства на Украине оживились дискуссии вокруг внедрения прозрачности, привлечения прямых иностранных инвестиций и надлежащего обеспечения имущественных прав в этом секторе. Например, в 2014 году в рамках партнерской программы ЕС для поддержки либерализации рынка земли была запущена инициатива по распространению примеров европейского «передового опыта». Однако «западный поворот» не обязательно ведет к демократизации хозяйствования и управления ресурсами, а взамен может просто впустить в страну агроинвесторов с ЕС и США. Подобный переход от национальной к подчиненной интересам западного капитала стратегии уже можно было наблюдать после Оранжевой революции 2004 года.

Отсутствие поддержки мелких производителей со стороны международных финансовых институтов, таких как Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР), четко указывает на существование в стране преимуществ для национального и зарубежного агробизнеса. ЕБРР открыто признает, что в рамках его системы кредитования в иностранной валюте финансирование мелких производителей почти невозможно. Соглашение об ассоциации с ЕС также позволяет агробизнесу переориентироваться на Украину как на богатую ресурсами территорию.

Либерализация земельного рынка может вступить в противоречие со статьей 48 Конституции Украины, которой предусматривается, что «каждый имеет право на достаточный жизненный уровень для себя и своей семьи, включающий достаточное питание, одежду, жилье» (Конституция Украины). Современные тенденции развития Украины подрывают право граждан на достаточное питание. Итак, на фоне изменений в отношениях между национальной и международными элитами, концентрация земли будет вредить населению Украины, пока структура власти в стране не претерпит существенных изменений.

Николай Федотов