Сделанные президентом Украины Петром Порошенко 7 ноября 2018 г. заявления о том, что «русская церковь должна покинуть Украину», шокировали мировую общественность. Подобных пассажей не позволял себе, казалось, ни один, даже самый взбалмошный мировой лидер. Но определенную параллель с поведением Порошенко в церковном вопросе все же усмотреть можно. Нечто подобное происходило в 1930-х годах в другом европейском государстве – Германии.

Отношение Гитлера к религии было специфическим. В его представлении, христианство – это религия слабых и убогих, а главное – порождение «еврейства». Фюреру принадлежал, к примеру, такой афоризм: «Античность была куда лучше нынешних времен, поскольку не знала ни христианства, ни сифилиса». При этом, как прирожденный политик, он прекрасно понимал, что «лобовой» атаки на веру немецкое общество, примерно поровну поделенное на приверженцев католицизма и протестантизма, не переживет и никогда не простит ему. Именно поэтому в 1933-м, сразу после прихода к власти, лидер нацистов не раз выступал с заявлениями о том, что Церковь для Германии – дом родной. И немцы верили. Тем более что пример «красной России», где к тому времени снесли уже 80 процентов храмов, выглядел куда более пугающим.

Отношения с папским престолом Гитлер урегулировал 20 июля 1933 г., заключив с Римом конкордат. Он гарантировал неприкосновенность католической веры, сохранял все привилегии и права католиков; католическим общинам, школам, молодежным организациям и культурным обществам гарантировалась защита государства в том случае, если они не будут заниматься какой-либо политической деятельностью. Ход был эффектным – протягивая «руку дружбы» Ватикану, Гитлер демонстрировал свою «нормальность» всем католическим странам мира. Впрочем, как выяснилось, все это было до поры до времени.

А вот протестантская Церковь руку фюреру протягивать не стала. В итоге Гитлер впервые приоткрыл истинное лицо – заявил о необходимости создания некой «германской религии», основы которой в 1934-м разработал профессор богословия Эрнст Бергман. Эти основы, в частности, гласили: еврейский Ветхий завет не годится для новой Германии; Христос был не евреем, а нордическим мучеником, отправленным на смерть евреями, и воином, призванным спасти мир от еврейского влияния; Адольф Гитлер — новый мессия, посланный на землю, чтобы спасти мир от евреев; свастика является преемницей меча как символа германского христианства; германская земля, кровь, душа, искусство — священные категории германского христианства.

«Или у нас будет германский бог, или не будет никакого. Мы не можем преклонять колени перед всеобщим богом, который уделяет больше внимания французам, чем нам. Мы, немцы, были оставлены христианским богом на произвол судьбы. Он не справедлив, и потому мы терпели поражение за поражением, что верили ему, а не нашему, германскому, богу». Не правда ли, эти теоретизирования Бергмана неуловимо напоминают собой ту риторику, которой переполнены современные украинские провластные ресурсы?..

И, как и на современной Украине, в тогдашней Германии зародилось протестное движение в Церкви. 29 марта 1934 года в Бармене съезд пасторов и мирян, представляющих 18 деноминаций Германии, принял декларацию, осуждавшую нацистскую идеологию как антихристианскую. Результатом этого съезда стало создание так называемой «Исповеднической церкви», состоящей из людей, отрицательно относившихся к политике Гитлера, считая фашизм неоязычеством, творящим кумиров из Германии, расовой чистоты и самого фюрера. Впоследствии многие из них за это лишились средств к существованию, оказались в заключении или в изгнании и даже отдали жизнь. Ярким примером служит судьба Мартина Нимёллера — немецкого пастора, который не побоялся высказать свою христианскую позицию прямо в глаза Гитлеру, за что фюрер назвал его своим личным врагом. По его распоряжению пастор был арестован и 7 лет, до 1945 года, провел в концлагере.

С другими конфессиями тоже «разобрались» жестко. Католики жили более-менее спокойно до 1937-го, когда по Германии покатилась волна настоящих преследований католических священнослужителей. Мюнхенский архиепископ, кардинал Фаульхабер, был арестован, несмотря на то, что папский легат предоставил ему дипломатическую неприкосновенность. 21 марта 1937 со всех католических кафедр Германии была оглашена энциклика папы Пия XI «Mit brennender Sorge…» («С глубокой обеспокоенностью…»), в которой Гитлер обвинялся в нарушении условий договора с церковью и преследовании католиков. В ответ нацистские власти организовали серию судебных процессов над священниками, монахами и паствой.

С протестантской церковью поступили еще проще – ее просто подчинили государству. Массово закрыли церковные школы, собственность храмов безжалостно конфисковывали, нелояльных режиму пасторов увольняли (или сажали – типичный пример показал в «Семнадцати мгновениях весны» в виде пастора Шлага)… Словом, Церковь как самостоятельный институт в нацистской Германии в относительно краткий срок, с 1933 по 1939 годы, была полностью сломлена и превращена в часть государственной пропагандистской машины. Те, кто не соглашался, были обречены на концлагерь либо, в лучшем случае, на захудалый приход, находившийся под пристальным вниманием гестапо.

С началом Второй мировой войны гонения на религию в Германии были свернуты. Не потому, что Гитлер изменился – потому что он прагматично решил не злить собственных граждан, и без того отягощенных войной. И нет сомнений, что, оставайся Германия мирным государством и дальше, от традиционной религии в нем не осталось бы и следа. Судя по тому, что планировалось, в рейхе была бы создана принципиально новая религия – «ирминизм», зародышем коей предполагался Черный орден СС. К счастью, этот прожект остался лишь на бумаге – хотя эсэсовские ритуалы вплотную приблизились к тому, чтобы считаться именно неорелигиозными обрядами…

Казалось бы, причем здесь Украина, подчеркнуто гордящаяся своей «демократией» и уважением к традиционным ценностям?.. Но разве церковный проект-2018 не является чисто политическим актом, призванным посеять в умах граждан страны окончательный хаос, сломать их и целиком подчинить государству?.. Разве барское повеление «убираться из страны» не напоминает поведение фюрера, крушившего существующие церковные структуры по своему вкусу и разумению?.. 7 ноября Порошенко уверенно перешагнул за ту красную линию, за которой заканчивается хоть какая-то политическая логика и чувство приличия. Впрочем, ему они никогда свойственны и не были.

 

Игорь Орлович

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here