Продолжение. Предыдущий материал смотреть здесь.

Пока Украина то  ли демилитаризирует, то ли декоммунизирует остатки «проклятого Совка», руководство страны занято более насущными проблемами в области обороны. Вот уже несколько лет, фактически всё время украино-российского конфликта на Донбассе, украинское руководство выпрашивает у американских патронов противотанковые ракетные комплексы типа Javelin. Президент Порошенко буквально вымаливает эти джавелины, которые уже стали притчей во языцех на Украине. И вот, в начале 2018 года появилась информация о том, что Америка всё-таки намерена продать Украине 37 ПТРК и 210 ракет к ним на общую сумму 47 миллионов долларов. В то же время США поставляют джавелины бесплатно и в огромных количествах Сирийским демократическим силам, то есть курдским повстанцам, близким к Рабочей партии Курдистана, которая признана в США террористической организацией. Украина за все годы войны не то, что не смогла организовать производство собственных противоракетных комплексов, но даже не смогла построить патронный завод взамен Луганскому патронному заводу, который остался в ЛНР.

Но в украинских «патриотов» есть более насущные задачи по реформированию украинской армии. Они очень основательно занялись вопросами военной формы и символики, стараясь её максимально украинизировать и декоммунизировать. В армейскую форму введены кепки -«мазепинки» и нарукавные тризубы армии УНР. «Совковые» голубые береты десантников были заменены краповыми – как в армиях США и Британии. Вместо «коммунистических» звёзд на погонах военных теперь будут красоваться ромбы по образцу Украинской галицкой армии. А новая парадная форма президентского почётного караула является копией формы почётного караула гетмана Павла Скоропадского времён Украинской Державы  1918 года. Кстати, по мере превращения Украины в «аграрную сверхдержаву» после победы «Революции Достоинства» растёт и почитание гетмана Скоропадского – первого творца «аграрной сверхдержавы» в современной украинской истории. Ведь УНР, всё-таки, слишком левая для нынешней ультраправой Украины.

В это же время простые солдаты украинской армии месят болото на полигоне Широкий Лан, либо же сгорают у буржуйки на Яворовском полигоне. А по всей стране с невиданной периодичностью возгораются склады артиллерийских боеприпасов. 70 % призывников «косят» от призыва, 518 «атошников» уже совершили самоубийство, а в самой зоне АТО совершают суицид в среднем 2-3 украинских солдата в неделю.

В то же время, как сообщает украинская программа «Факты»: «Украина в 2017-м потратит на оборону в 3 раза больше средств, чем на медицину (46,97 млрд грн) и образование (41,93 млрд грн), в 10 раз больше, чем на культуру (3,1 млрд грн). Украина – первая в Европе по показателю процент расходов, который тратится из государственного бюджета на оборону».

Как пишет Фархад Измайлов в своей колонке на украинском сайте «Ліва»:

«Доля военных расходов в бюджете Украины составила 16,6%. Это в более чем 1,5 раза выше доли военных расходов в консолидированном бюджете РФ (9%), и сопоставимо с долей оборонных расходов американского бюджета, который увеличивался уже третий год (17,5%) […] Украина оказалась единственной страной, в которой военный бюджет положил на обе лопатки социальные расходы. Даже суммарно они меньше её военных расходов – при том, что все население страны принудительно облагается специальным военным сбором, сумма которого превысила в 2017 году 15 млрд. гривен. Украинское государство оказывается самым милитаризированным из указанных стран».

Также можно вспомнить, как в далекие кучмовские времена Украина даже пробовала проводить свои собственные геополитические игры. Это и попытки нелегальной  продажи станций радиотехнической разведки «Кольчуга» Ираку в 2002 году, о чём поведал в суде Сан-Франциско бывший майор охраны Леонида Кучмы Николай Мельниченко. Это и геополитическая интрига с поддержкой Украиной Македонии в критические для Македонии времена – во время конфликта 2001 года с албанским меньшинством. Украина в марте 2001 года отправила в Македонию два боевых вертолета Ми-24 и четыре военно-транспортных вертолета Ми-8 из состава своих миротворческих сил на Балканах. Из состава Военно-воздушных сил Украины  в начале июля 2001 года Македонии было передано ещё четыре Ми-24, а также четыре штурмовика Су-25. На стороне Македонии воевали украинские лётчики, а на Киевском бронетанковом заводе Минобороны было модернизировано большую часть из тех 95 танков Т-55, которые в 1999 году Македонии передала Болгария. Более того, в 2002 году Украина и Македония договорились при помощи Украины развернуть в Македонии базу по ремонту бронетехники. Еще раньше существовало соглашение, что, кроме ремонтной базы для бронетехники, в Македонии с участием украинских специалистов будет создана база и для ремонта авиационной техники. Не исключалось также развитие военно-технического сотрудничества в области ПВО, радиолокационных систем, боеприпасов, и в других видах оружия и военной техники.

Во время своего визита в Киев 14-16 января 2001 года начальник генерального штаба армии Республики Македония генерал Методи Стамболиски  также отмечал, что его страна надеется на помощь Киева в подготовке военных специалистов из Македонии по ремонту бронетанкового вооружения и техники, систем связи, войск ПВО. Но вследствие давления на Украину со стороны ЕС и НАТО взаимовыгодное сотрудничество между обеими странами было прекращено. В Киев приезжал тогдашний  глава Совета ЕС Хавьер Солана, чей визит стал последней каплей на чаше весов, после чего Киев окончательно разорвал военное сотрудничество с Македонией, обменяв его на призрачные обещания о возможности вступления Украины в НАТО.

Но ситуация с иранскими заказами харьковского завода «Турбоатом» вообще за гранью постижимого. Ёще в 1996 году «Турбоатом», который специализировался на выпуске тихоходных паровых турбин, получил предложение принять участие в проекте по завершению строительства АЭС в иранском Бушере. 20 февраля 1997 года между «Турбоатомом» и генеральным подрядчиком на строительство АЭС на берегу Персидского залива российским ВПО «Зарубежатомэнергострой» был подписан контракт на проектирование турбины для атомной электростанции в Иране. Стороны также приступили к переговорам об условиях поставки для Бушерской АЭС комплекта из двух тихоходных турбин мощностью 500 МВт каждая. Помимо комплекта турбин, украинское предприятие согласилось поставить еще ряд номенклатуры оборудования для АЭС в Бушере, а также взять на себя сервисное обслуживание поставленного оборудования. Общая стоимость предполагаемых работ оценивалась специалистами «Турбоатома» в 80 миллионов долларов США.

Напоминаю, что речь идёт о 90-ых годах, – времени, когда на украинских предприятиях годами не платили зарплату, или платили продукцией. «Турбоатому» же тогда удалось подключиться к выгоднейшему иранскому контракту. Но этот шанс не состоялся из-за очень настойчивого давления Америки на украинское руководство. Президент Кучма лично приказал руководству «Турбоатома» прекратить любое сотрудничество с российскими компаниями по Бушерскому проекту. Как отмечал сам Кучма, американцы наобещали украинскому руководству «золотые горы» в случае отказа от участия в строительстве АЭС в Иране.

В марте 1998 года тогдашний госсекретарь США Мадлен Олбрайт лично приезжала в Киев, где у неё состоялись семичасовые переговоры с украинским руководством, после которых тогдашний министр иностранных дел Украины Геннадий Удовенко заявил о прекращении участия «Турбоатома» в Бушерском проекте. Мадлен Олбрайт взамен пообещала украинцам участие в американских космических программах, заключение украино-американского соглашения о сотрудничестве в области атомной энергии (Соглашение 123-автор), а также привлечение американских инвестиций в Харьковскую область через утверждение так называемой «Харьковской инициативы». Также американцы зимой 1998 года заморозили предоставление Украине второй части пакета экономической помощи в размере 100 миллионов долларов, но после отказа от участия в Бушерском проекте деньги были предоставлены Украине.

 

Украина также рассчитывала на американскую помощь в реализации проекта по созданию производства ядерного топлива для реакторов типа ВВЭР-1000 на территории страны (в качестве частичной альтернативы его закупкам в России – автор), содействие американских компаний (в первую очередь – компании «Westinghouse»-автор) в достройке 3-го и 4-го блоков Хмельницкой АЭС, а также на выход с ее ядерными материалами на американский рынок.

Как я уже упоминал, взамен участия в строительстве Бушерской АЭС Украине была предложена так называемая «Харьковская инициатива», переименованная позднее в «Харьковское партнерство», официально декларируемой целью которого являлось углубление украино-американского сотрудничества в регионе, в том числе в сфере высоких технологий. Одним из приоритетов инициативы называлось привлечение инвестиций частного американского бизнеса в стратегически важные отрасли региона, где высокий удельный вес имеет тяжелая промышленность. Летом 1999 года губернатор Харьковщины О. А. Демин устроил презентационный тур в Кливленд, Нью-Йорк и Чикаго с целью привлечения инвесторов на харьковские высокотехнологические предприятия, однако дальше презентаций дело так и не зашло. Никаких американских инвестиций на Харьковщине после отказа от Бушерского проекта так и не появилось. В своих мемуарах Леонид  Кучма отмечал, что для него ситуация с отказом от Бушерского проекта стала «одним из самых болезненных уроков […] президентства». Недовольство «инициативой» в Харьковской области было столь сильно, что в 2000 году в рамках планирования визита на Украину президента США Билла Клинтона было принято решение отказаться от посещения им Харькова, ограничившись визитом в Киев.

Прямые потери «Турбоатома» составили 5,1 миллионов долларов. Именно такая сумма была потрачена на разработку и проектирование турбины. Потенциально упущенная выгода предприятия в Иране составила около 80 млн долл. (55 млн доларов – стоимость комплекта турбин плюс ряда вспомогательного оборудования – автор). Отказавшись от участия в строительстве АЭС в Иране, «Турбоатом» потерял, по некоторым оценкам, 25-30% от общего объёма заказов предприятия. Руководство «Турбоатома» также рассчитывало, что в будущем число энергоблоков в Бушере может быть увеличено до четырех, что было предусмотрено межправительственным российско-иранским соглашением от 25 августа 1992 года, а поэтому заявляло, что упущенная потенциальная выручка предприятия составила около 260 миллионов долларов США.

Кроме того, ожидалось, что общий объем участия других украинских заводов – Запорожского трансформаторного, Николаевского трубного завода, харьковского «Монолита», сумского завода «Насосэнергомаш», металлургических комбинатов, которые должны были поставлять отдельные детали и компоненты, составит дополнительно до 90 миллионов  долларов «Турбоатом» не только «потерял» контракт, но и место во вновь создаваемой цепочке предприятий по производству оборудования для строительства АЭС на основе реактора ВВЭР-1000. Была освобождена «ниша» для альтернативных поставщиков турбин (в том числе быстроходных – автор) для АЭС по российским проектам, в которой ранее «Турбоатом» фактически являлся монополистом. Освободившуюся нишу прочно занял Ленинградский металлический завод (ЛМЗ). В частности, помимо Ирана, турбины ЛМЗ были поставлены на два блока АЭС «Куданкулам» в Индии и два блока АЭС «Тяньвань» в Китае. Ранее подавляющее большинство атомных энергоблоков, поставленных СССР за рубеж, были оснащены турбинами харьковского предприятия, а ЛМЗ, в свою очередь, до Бушерского контракта специализировался на поставках турбин для ТЭС и ГЭС.

Таким образом, легко можно понять, почему Кучма как-то обмолвился, что ставка на Запад была ошибочной. Кучма также запомнился в истории украинской политики как автор концепции так называемой «многовекторности». Смыслом этой концепции было, как несложно догадаться, балансирование между Западом и Россией. Эта идея не нова – подобного подхода во времена Холодной войны придерживалась титовская Югославия, как и весь блок «неприсоединившихся» стран, в котором, кстати, Украина до сих пор является страной-наблюдателем. В пределах соцлагеря балансировать между Москвой и Вашингтоном достаточно успешно получалось у Румынии под руководством Николае Чаушеску. Северная Корея под руководством Ким Ир Сена тоже весьма успешно лавировала, но только между Москвой и Пекином. Сейчас похожую политику проводит назарбаевский Казахстан, умело лавируя между Москвой и Пекином, как и другие страны Средней Азии. Играть на противоречиях между Россией и Западом пробует лукашенковская Беларусь, Азербайджан тоже старается диверсифицировать свою зависимость между разными геополитическими центрами притяжения – Россией, Западом, Турцией, Ираном, Китаем. Узбекистан и Туркменистан стараются достичь «равнозависимых» взаимоотношений в треугольнике Запад-Китай-Россия.

Именно в кучмовские времена был создан единственный украинский собственный геополитический проект – объединение ГУАМ. В него входят Грузия, Украина, Азербайджан и Молдова, с 1999 до 2005 года входил также Узбекистан. Именно Украина является геополитическим лидером ГУАМ благодаря размерам своей территории и количеству населения, которые несопоставимы с показателями других стран – участниц. ГУАМ гипотетически мог бы стать неким подобием «украинской империи», но после «Оранжевой революции» Украина выбрала одностороннюю ориентация на Запад в качестве своего единственного геополитического ориентира. А термин «многовекторность» в украинской политической аналитике и блогосфере является, фактически, ругательным словом. Как говорится, только Запад, только хардкор!

Скорее всего, именно геополитические авантюры Кучмы в рамках его политики «многовекторности» убедили Запад сделать ставку на более предсказуемого и подконтрольного кандидата, который сменит многовекторность на одновекторность. Этим кандидатом и стал Виктор Андреевич Ющенко. Первым «подкопом» под Кучму со стороны Запада можно считать историю с плёнками майора Мельниченко. Сам же майор Мельниченко, благодаря помощи сотрудников посольства США, ёще до начала так называемого «кассетного скандала» был переправлен в Америку. Речь идёт, прежде всего, об убийстве украинского журналиста Георгия Гонгадзе, главного редактора интернет-издания «Украинская Правда», финансируемого на американские гранты, которое состоялось в 2000 году. Согласно плёнкам Мельниченко, приказ об убийстве отдал лично Леонид Кучма.

В марте 2001 года в газете Financial Times Джордж Сорос призвал президента Кучму временно уйти с должности и отдать власть премьеру Ющенко на время расследования дела Гонгадзе. Пожелания Сороса осуществятся в полной мере уже в 2004 году, во время «Оранжевой революции», которую он щедро профинансировал. Кстати, только за 90-ые годы Сорос потратил на Украину официально более ста миллионов долларов через свой фонд «Возрождение», основанный в Киеве ещё в 1990-м году. После победы «оранжевого» Майдана ни о какой многовекторности, геополитических играх, сделках с Ираком и Ираном не могло быть и речи. Украина стала уверенно плыть в американском фарватере, ни на миллиметр не отступаясь от «линии партии».

Но самое интересное – это то, что в протестах против Кучмы во времена акции «Украина без Кучмы» ключевую роль сыграли именно украинские националистические силы. По существу, главными движущими силами акции «Украина без Кучмы», которая разгорелась после «кассетного скандала», были Социалистическая партия Украины под руководством Александра Мороза и УНА-УНСО. «Украина без Кучмы» принципиально отличалась от «Революции на граните» 1990 года, «Оранжевой революции» 2004 года и «Евромайдана» 2014 года именно своим, как сейчас принято говорить, популистским настроем. Все остальные украинские майданы и революции имели ярко выраженный либеральный окрас.

УНА-УНСО запомнилась в истории новейшего украинского национализма не ориентацией на идеологию и эстетику Третьего Рейха, как Социал-национальная партия Украины, или антисемитизмом, как «Государственная самостоятельность Украины», а именно своей проимперской риторикой. Да, УНА-УНСО, не стесняясь, выступала за создание украинской империи. Как писалось в унсовской статье «Украинская империя, как фактор выживания славянской цивилизации»: «Наши люди привыкли жить в великом государстве. Мы сделаем Украину великим государством. Чтоб народу не нужно было менять своих привычек!».

Реалии построения украинской империи в исполнении УНА-УНСО несколько отличались от программных установок. В 90-ых годах УНА-УНСО принимало участие во всевозможных вооруженных конфликтах – Приднестровье, Абхазия, Чечня. Есть вполне убедительные доказательства тому, что эти военные авантюры не могли бы состояться без поддержки Службы внешней разведки Украины и Главного управления разведки Минобороны Украины. Также УНСО помогал по своим каналам Киевский патриархат. К концу 90-ых – началу 2000-ных внешнеполитические авантюры УНСО кончились, а сама организация стала приобретать больше оппозиционный характер. То есть произошла переориентировка с внешнеполитических целей на внутриполитические цели.

Кульминацией этого процесса стало участие в акции «Украина без Кучмы», а в особенности столкновения с милицией 9 марта 2001 года, чьей главной движущей силой было УНСО. После побоища УНСО было фактически разгромлено кучмовским режимом. Тогдашний лидер УНА-УНСО – Андрей Шкиль – из тюрьмы был избран депутатом парламента от Блока Юлии Тимошенко, а остатки организации приняли активное участие в «Оранжевой революции». УНСО превратилось в карманную организацию Андрея Шкиля, а сам Шкиль превратился в типичного украинского коррумпированного политикана, который прославился тем, что всегда ходил в украинских вышиванках. Про свои прежние империалистические взгляды, которые он отстаивал в публицистическом сборнике «Ветер империи», Шкиль быстро позабыл. Более того, в украинском парламенте он стал главой подкомитета по вопросам евроинтеграции и евроатлантического сотрудничества Комитета по закордонным делам, а также членом Специальной контрольной комиссии по вопросам приватизации. Позже Шкиль стал главой постоянной делегации Верховной Рады Украины в Парламентской ассамблее НАТО, а также президентом «Фонда украинско-европейских инициатив».

В государственной политике Украины после победы «Оранжевой революции» тоже происходили весьма символичные вещи. Так, например, в 2006 году на металлолом был порезан последний стратегический бомбардировщик ТУ-22. Это произошло в присутствии посла США и заместителя начальника генштаба, члена ВО «Свобода» с 2012 года  и первого министра обороны Украины после победы «Революции Достоинства» Игоря Тенюха. Кстати, этот адмирал-националист в 1994 году окончил Институт иностранных языков Министерства обороны США в калифорнийском городе Монтерей. Ну и, конечно же, он был активным участником «Оранжевой революции» и «Евромайдана». Как видим, первоначальные заявления украинских националистов могут быть очень даже радикальными – как это было в случае с УНА-УНСО. Эта организация выступала за украинскую империю, резко критиковала сдачу украинского ядерного арсенала под давлением США. Не менее резко унсовцы критиковали украинских национал-демократов, обвиняя их в бесхребетности и сдаче украинских геополитических интересов американцам.

Но пройдёт немного времени и УНА-УНСО сама превратится в радикальный вариант национал-демократов, ничем принципиально от них не отличаясь, разве только большей последовательностью в отстаивании  общих идейных постулатов. Тогда как  империалистическая идеология УНСО осталась в далеких 90-ых, как и заигрывание с левой эстетикой. Хоть УНСО и публиковала в своих газетах панегирики ультралевым террористам из РАФ и Красных Бригад, но объективно организация работала именно на усиление украинского государства, а не занималась антигосударственным террором как ультралевые террористы.

Таким образом, мы можем воочию убедиться, как даже самая радикальная изо всех украинских националистических организаций за всё время независимости на практике поспособствовала становлению прозападной сырьевой колонии, которой ныне является Украина. Кстати, первый погибший на «Евромайдане» протестующий – белорус Михаил Жизневский – был членом УНА-УНСО. Унсовцы были в авангарде борьбы против режимов Кучмы и Януковича, которые старались хоть как-то балансировать между мировыми полюсами, сохраняя украинский экономический сувернитет. Тогда как режимы Ющенко и Порошенко, прийти к власти которым помогли унсовцы, превратили Украину сначала в геполитического пешака (Ющенко), а потом и в геополитическую тряпку (Порошенко).

Дабы не быть голословным насчёт утверждения о том, что Украина при Порошенко превратилась в геополитическую тряпку Запада, приведу несколько фактов. Начать стоит, пожалуй, прямой речью самого президента Порошенко с его «Твиттера».

«Сегодня мы уже имеем и американский уголь, и американское ядерное топливо, и американское оружие. В этот перечень добавляем американские локомотивы и производственное партнерство» – написал Порошенко.

Ну что же, сомнительные достижения перечислил президент государства, которое кичится своей мнимой самостоятельностью. История с американскими тепловозами получила большую огласку в украинской блогосфере и СМИ. Государственное предприятие «Укрзализниця» обязалось купить у американской корпорации General Electrict до 225 локомотивов General Electric серии Evolution, вместе с их долгосрочным техническим обслуживанием. Общая сумма контракта – более 1 миллиарда долларов. Один тепловоз Украине обойдется в 4 миллиона долларов, хотя Казахстан покупал те же тепловозы по 3 миллиона за штуку, а Индия и вовсе по 2.

Поскольку таких денег на Украине нет – правительство будет покупать тепловозы в лизинг. Покупать их будет государственный «Укрэксимбанк» за счет своих средств под гарантии американского Citibank. Техника будет частью его активов, которую он отдаст в лизинг «Укрзализныце». Такая схема позволяет обойти необходимость конкурсного отбора поставщиков, хотя General Electric далеко не монополист на этом рынке. Что тоже показательно, ведь украинская грантоедская общественность буквально помешана на вопросе прозрачности тендеров и госзакупках. Но, видимо, не тогда, когда дело касается закупок у американских хозяев.

Ситуация с американскими тепловозами заслужила критику сразу по нескольким пунктам. Во-первых, зачем покупать тепловозы у американцев, если на Украине простаивает без заказов Крюковский вагоностроительный завод? Он мог бы спокойно модернизировать имеющиеся тепловозы, или строить новые,  – ничем не хуже, чем у американцев. Во-вторых, тепловозы – это вчерашний, если не позавчерашний день. Тепловозы называют «локомотивами Третьего мира», их поставляют в страны Азии, Африки и Латинской Америки, но не эксплуатируют на территории самих США. Тогда как 90% грузовых перевозок на Украине идёт по электрическим линиям. Крюковскому вагоностроительному заводу по плечу производство современных электровозов, что позволило бы загрузить пустующие мощности украинских электростанций –  одной из последних высокотехнологичных отраслей украинской экономики.

 

Продолжение следует.

Николай Федотов

1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here